Корней Чуковский начинал с перевода — добросовестно пересказал для малышей приключения английского доктора Дулиттла. Но стихотворный Айболит, рождённый на Бармалеевой улице, не уживался с прозаическим: разные характеры, разные миры. Тогда Чуковский вычистил чужих персонажей, выгнал пиратов и негритянских королей, посадил на пустое место злодея Бармалея — и создал совершенно другого героя.

Дулиттл грезил богатством, наш доктор не подозревает о деньгах, лечит из одного долга. Пятьдесят лет Чуковский переписывал книгу, добавлял новые главы, менял облик героев — пока добрый доктор в белом халате и с шапочкой не стал лицом советского детства. А вопрос о том, где кончается перевод и начинается подлинное творчество, остался без однозначного ответа.