Леонард заперся в башне. Окна слишком большие, наёмные убийцы уже сменили искателей приключений, и теперь свист арбалетного болта может прозвучать в любой момент. Даже осознанные сны, в которых он когда-то развлекался, обернулись странной практической пользой: башня подхватывает его желания и воплощает их — окна сужаются, решётки сгущаются, перила вырастают из дубовых балясин. Но ресурсы кончаются, и в правом нижнем углу решётки зияет дыра, куда пролетит болт. Подвал оказался перерабатывающим хранилищем, и Леонард теперь сидит у люка часами, заставляя его открываться оценкой, слой за слоем, как когда-то снимали бинты с руки фараона.

Мертвые пустоши за окном живут по своим законам. Зомби Леонарда, которых он считал простыми тружениками, внезапно обнаружили в кустах раненого молодого мага — мастера плоти по имени Эдмунд, истекающего кровью после драки с бандитом. Через глаза мертвеца Леонард наблюдал, как парень пел зомби колыбельные и читал лекции по анатомии, лишь бы мертвец не приближался. Пантомима, щелбан по лбу, зелье лечения, брошенное в пыль — всё это оказалось проще, чем разговор с живым человеком, и сложнее, чем Леонард мог предположить. Оценка работает через чужие глаза лишь для наблюдения, но не для управления. Придётся выходить самому....