Аэлин выучила цену слова «навсегда» у двух Альф. Первый купил её у отца за долги и ломал, пока не осталось ничего, кроме инстинкта бежать. Второй — Мурат — нашёл её в лесу, босую, в чужой крови, и согрел. Научил есть вилкой, говорить тихо, верить, что дикая кошка может остаться. Пока не пришла Селена — его невеста, его прошлое, его будущее. Теперь Аэлин стоит у его ворот в тёплом пальто и с деньгами, отложенными месяцами. В животе — его ребёнок.

В кармане — письмо и кашемировый шарф, который она наконец отдаст. За спиной — дом, который никогда не был её. Но когда машина трогается, через метель летит его зов — тяжёлый, альфийский, от которого подкашиваются ноги. Он кричит её имя. Слишком поздно. Или нет.