Виталий отмечал день рождения как положено — до посинения. Очнулся же на плоту посреди чужого мира, где две луны светят на север, а рыбы с метровой щукой крокодильих зубов считают человеческую руку лакомством. Деревня Ривервуд приняла его за очередного бедолагу с амнезией — такой тут уже был, сбежавший от имперской войны. Но Виталий не из тех, кто тащит брёвна до старости.

Он украдкой присвоил заначку кузнеца, подцепил дочку торговца и строит планы на чужой гражданской войне. Пока одни рубят лес, другие рубят друг друга — а он присматривается, на чьей стороне выгоднее оказаться. Вот только в небе то и дело мелькает крылатая тень, и местные шёпотом произносят слово, от которого даже пьяные замолкают: дракон.