Хепури потребовал, чтобы Нуру стала его женой, и её братья сговорились, приняли дары и продали её, не спросив. Она сбежала в ущелье, где сидел каменный человек, и порезала себе руку, чтобы кровь подняла его с места. Ущелье обрушилось, и Сафир, наконец, встал — но мир, который он знал, исчез. Река Мау высохла, город Наккива засыпан песком, а его народ, дети Великого Гончара, пропал без следа. Он пошёл, таща Нуру на руках, к тому, чего больше нет.

Сафир помнил, как люди становились на колени при его приближении, как нёс счастье прикосновением пальца. Теперь его находку оценивают в золоте, а Нуру — в медных ногтях и серебряных фалангах. Она оказалась в доме забав, где ей дали имя Синие Глазки и где свобода измеряется сытостью и красотой, а не тем, что можно уйти. Сафир остался у разрушенных стен, где когда-то пели птицы и смеялись дети, а теперь лишь рогатые ящерицы ведут счёт пустым дням....