Яна просыпается в чужой комнате под белым потолком с трещиной по карнизу, и первое, что она понимает, — внутри неё нет ни одного воспоминания. Ни имени, ни даты, ни лица матери. Паника подступает к горлу, но древний инстинкт зажимает рот: она не одна. В проёме стоит мужчина, свет обрезает его силуэт — широкие плечи, прямая осанка, запах сандала и табака. Он называет себя Гордеем, а её — Яной. Говорит, что она работала на него, предала, украла, сбежала и разбилась. Его пальцы касаются её скулы, и тело реагирует помимо воли: позвоночник выгибается, плечи поднимаются к ушам. Разум кричит бежать, плоть узнаёт тепло. Он лжёт или говорит правду — она не может проверить. Память стёрта, а единственный свидетель — тот, кому она, по его словам, изменила.

Гордей держит её в пентхаусе над городом, где за окнами — только острые шпили и пустота. Комната лишена всего живого: ни фотографий, ни книг, ни лишней двери. Он не скрывает цель — ему нужна вещь, спрятанная до аварии, и он считает Яну сейфом с секретом. Угрозы он произносит буднично, обещания — нежно, а наказания описывает детально. Она пытается цепляться за логику, но логика требует опоры, а опоры нет. Город за окном чужой, тело помнит то, что скрыл мозг, и каждое его прикосновение раздваивается на насилие и узнавание....