Аня потеряла право на незаметность в тот вечер, когда приняла часы от незнакомца. Она приехала в Москву шестнадцатилетней девчонкой из захолустья, с матерью, которая пересчитывала монеты на кухонном столе, и с одной лишь уверенностью: она никогда не будет бедной. Кастинги, сигареты, выпросленные у посторонних, — взгляды на витрины, куда страшно заходить, — всё это должно было остаться позади. Часы стали первой щелью, через которую в её жизнь просочилось то, что не покупается и не продаётся по ценникам. Она не заметила, как сама стала товаром.

Аня умеет притворяться. Она притворялась старше, притворялась спокойной, притворялась, что чужие деньги её не задевают. Эта привычка — не маскарад, а способ дышать в городе, где воздух пахнет чужими возможностями. Она честна с собой в том, чего хочет, и в этом её уязвимость: она не умеет отличать настоящий интерес от расчёта, не замечает, когда кто-то играет по тем же правилам, что и она. Незнакомец с дорогими часами увидел это сразу. Он не льстил и не угрожал — он предложил обмен, который она ещё не понимала....