Михаил очнулся в промёрзлой бане с осознанием, что умер в больничной палате XXI века, а воскрес в теле крепостного. Чужое сердце бьётся рвано, лёгкие горят от дыма сгоревшей избы, а память хранит лишь отголоски пожара, убившего семью прежнего хозяина. Едва живого, его боятся и считают тронутым. Но тело, вопреки законам природы, набирает нечеловеческую силу и медленно исцеляет шрамы.

Михаил пытается скрывать пугающую регенерацию, учится говорить на окающем наречии и заново осваивает топор. В деревенской конторе его талант к счёту замечает управляющий, но всякая попытка вызнать цену свободы упирается в бумагу, где Михаил — «ревизская душа». Когда приходит разнарядка на рекрутский набор, именно одиночество погорельца делает его единственной разменной монетой для спасения многодетных соседей. До Аустерлица и Бородина ещё почти десятилетие, но его личная война за право быть человеком начинается сейчас.